10 мест в Узбекистане, которые нужно увидеть каждому туристу

Площадь с тремя медресе все знают по открыткам. Менее известно, что это не единый замысел, а разговор, растянутый на два века. Медресе Улугбека построили в начале XV века. Медресе Шердор напротив появилось только в XVII веке и повторяет его очертания, как отражение в зеркале. Третье, Тилля-Кари, замкнуло площадь последним.

Рассмотрите портал Шердора. На нём хищники (львы или тигры, спорят до сих пор) гонятся за ланями, а за спиной у зверей встаёт солнце с человеческим лицом. Для исламской архитектуры изображения живых существ — редкость, и гиды любят здесь останавливаться. Приходите дважды: днём ради деталей, ближе к закату ради света. Подробнее — в статье «Регистан».

В Бухаре около 140 охраняемых памятников, и почти все умещаются в старом городе, который обходится пешком. Линию горизонта держат два здания. Крепость Арк больше тысячи лет, вплоть до 1920 года, служила резиденцией бухарских правителей.

Минарет Калян стоит с 1127 года. По преданию, Чингисхан, взявший город, поднял голову, посмотрел на башню и приказал её не трогать. Правда это или нет, минарет пережил почти всё, что было вокруг. Туристов наверх обычно не пускают, но это и не нужно: он виден почти из любой точки старого города, и по нему удобно ориентироваться, когда заблудитесь в переулках. Подробнее — «Пои-Калян» и «Арк».

Внутренний город Хивы обнесён стеной, и внутри мало что поменялось с ханских времён. В 1990 году Ичан-Кала первой в Узбекистане попала в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.

Самая узнаваемая постройка здесь недостроена. Минарет Кальта-Минор («короткий минарет») начали при Мухаммад Амин-хане в середине XIX века. Хан погиб, стройка остановилась, и широкая бирюзовая башня так и осталась обрубленной. По одной из легенд, минарет задумывали таким высоким, чтобы с него была видна Бухара. Весь внутренний город можно обойти за один неспешный день; маршрут — в статье «Ичан-Кала».

Ташкент часто проскакивают по пути в Самарканд. Зря. С марта 2026 года здесь работает Центр исламской цивилизации, и в его Зале Корана, под большим куполом, лежит Мусхаф Усмана — Коран VII века, внесённый в реестр ЮНЕСКО «Память мира». Раньше рукопись много лет хранилась в небольшой библиотеке ансамбля Хазрати Имам через площадь. У книги долгая дорога: в 1869 году её увезли из Самарканда в Санкт-Петербург, а в Среднюю Азию она вернулась в 1924 году. Время посещения бронируют заранее; подробности — в статье «Центр исламской цивилизации».

Вечером спуститесь в метро. Его открыли в 1977 году, и каждая станция оформлена по-своему: мрамор, люстры, керамические панно, ни одного повтора. С 2018 года станции можно свободно фотографировать, так что возьмите камеру. Станция за станцией — в статье «Ташкентское метро».

Это не отдельный памятник, а некрополь. Узкую улицу мавзолеев строили веками, в основном для знати эпохи Тимуридов, и каждый облицован изразцами со своим узором.

У входа крутая лестница, и про неё есть поверье: пересчитайте ступеньки, поднимаясь и спускаясь. Если числа совпадут, грехи прощены. Совпадают они, говорят, не у всех. Шахи-Зинда — ещё и место молитвы, одевайтесь скромно. Узкую улицу лучше смотреть при низком свете, рано утром или под вечер; какая гробница чья — в статье «Шахи-Зинда».

Шахрисабз — родина Амира Темура. Здесь он строил свой самый амбициозный дворец, Ак-Сарай, с 1380 по 1404 год. В 1404 году сюда приехал кастильский посол Руи Гонсалес де Клавихо. В его записках сказано, что работы всё ещё шли.

Сам дворец давно обрушился. Остались две огромные башни входного портала, до сих пор в изразцах. Вокруг надписи на портале ходит известный перевод: «Если сомневаешься в нашем могуществе, посмотри на наши постройки». Точность перевода обсуждают, но смысл понятен и без него. Шахрисабз — поездка на день из Самарканда через перевал: «Ак-Сарай» и «Шахрисабз за день».

Примерно в полутора часах от Ташкента равнина обрывается и начинаются настоящие горы, западные отроги Тянь-Шаня. Вершина Большого Чимгана поднимается на 3309 метров.

Здесь два курорта: старый Чимган и Амирсой, открывшийся в конце 2019 года. Зимой работают подъёмники, летом пешие маршруты. Это самый быстрый способ сменить медресе на горный воздух, не уезжая из столицы больше чем на день. Как это спланировать — в статье «Чимган и Чарвак за день».

Название переводится как «у водоёма». Когда-то в Бухаре было много таких прудов-хаузов. Город брал из них воду, и в них же размножались болезни. В советские годы большинство хаузов засыпали. Ляби-Хауз, выкопанный в начале XVII века, оказался среди немногих уцелевших.

Вокруг старые тутовые деревья, медресе Кукельдаш и Надир Диван-беги и несколько чайхан. Рядом памятник Ходже Насреддину на ослике, и с ним фотографируются чаще, чем с медресе. Это лучшее место в Бухаре, чтобы на час никуда не идти: закажите чай и посмотрите, как живёт площадь. Подробнее — «Ляби-Хауз и Чор-Минор».

Все остальные пункты списка про то, что уцелело. Муйнак — про то, что исчезло. Когда-то это был рыбацкий порт. Теперь вода отступила больше чем на сто километров, а ржавые траулеры стоят в песке.

Это не остановка по пути, а отдельный крюк минимум на два дня, обычно из Нукуса. Его проходит наше расширение «Аральское море», а если думаете о такой поездке, прочитайте наш подробный гид по Аралу.

Один из районов Каракалпакстана так и называется: Элликкала, «пятьдесят крепостей». В пустыне за Амударьёй, напротив Хивы и Ургенча, разбросаны руины древнехорезмийских городищ. Аяз-Кала сохранилась одной из лучших: её глиняные стены стоят больше двух тысяч лет на холме у края оазиса, откуда видно, от чего она защищала.

Туристов здесь мало, и это главный аргумент. Если Хива — конечная точка маршрута, заложите полдня: наша поездка в крепость Аяз-Кала — с гидом и входными билетами. Подробнее — в статье «Крепости Хорезма».