В пятницу, около девяти вечера, на вокзале «Ташкент-Южный» своих узнаёшь сразу: у них из рюкзаков торчат свёрнутые коврики. Ещё утром эти люди сидели на планёрках и отвечали на письма с пометкой «срочно». В понедельник около семи утра они вернутся на этот же перрон. В подошвах кроссовок у них будет песок Кызылкума. А ещё будет странное чувство, что прошла неделя, а не два дня.

Отгул для этого не нужен. Нужен билет на ночной поезд.

Четырнадцать часов, когда от вас ничего не ждут

Обычно поезд — это то, что надо перетерпеть по дороге к отдыху. Здесь он сам и есть первая часть отдыха. В купе нет переговорки, никто не заглянет в дверь «на минутку», а за окном давно стемнело, так что и смотреть некуда. Остаются стук колёс, чай в стакане и люди, с которыми через два дня вы будете молча сидеть на бархане.

Ужин в дорогу группа берёт сама: кто-то покупает в поезде, кто-то приносит из дома. Это единственное, о чём нужно подумать до субботы.

Суббота: город, который обходят быстрее, чем стоят в пробке

Около одиннадцати поезд приходит в Хиву. Группу встречают, отвозят в отель, в час дня обедают в старом городе.

Об Ичан-Кале обычно рассказывают размеры и даты. Но сначала замечаешь другое: транспорт здесь не нужен. Внутри крепостных стен всё рядом. За три часа с гидом группа проходит пешком Кальта-Минор, Куня-Арк, минарет Ислам-Ходжа и медресе Мухаммад Аминхана. У обычной поездки на выходные в это время начинается «а теперь в автобус». Здесь этой фразы нет.

В половине шестого группа уезжает за город. Через двадцать минут город кончается и начинается пустыня. Вечернюю практику проводят там, пока садится солнце. Потом ужин в Хиве и свободное время. Большинство, впрочем, тратит его на сон.

Воскресенье: практика начинается в темноте

В шесть утра на веранде отеля ещё темно. В конце октября солнце в Хорезме встаёт примерно в четверть восьмого. Поэтому утренняя практика устроена так, что начинается до рассвета, а заканчивается, когда свет доходит до старых стен. Такой рассвет почти никто из туристов не видит: в это время все спят.

После завтрака группа едет в Кызылкум, около ста километров, к Аяз-Кале. Эту крепость построили больше двух тысяч лет назад на границе оазиса и пустыни. Лучше всего она понятна, если подняться на холм пешком и посмотреть, от чего она защищала: во все стороны один песок. Обедают в юрточном лагере. Покататься на верблюде можно за доплату, но это не обязательно.

В четыре часа дня группа уже на вокзале. Поезд идёт в Ташкент.

Понедельник, 07:00

Поезд приходит в Ташкент рано, и все успевают домой до начала рабочего дня. Честно говоря, это не «уикенд до воскресенья», а «пятница вечер — понедельник утро». Ночные поезда в обе стороны возвращают выходным пропущенную ночь.

Инструктор, которая учила не торопиться

Эксперимент Дианы Самадиновой начался в августе 2018 года с медитации Heartfulness. Сама она пишет, что практика изменила и её, и её жизнь. Тогда это было личное увлечение, теперь это профессия. Диана — сертифицированный тренер медитации Heartfulness и учитель йоги. Она училась в ашраме Kanha Shanti Vanam под Хайдарабадом, это центр движения Heartfulness, ездила на ретриты в Индию. Её базовые сертификаты — международный RYT-200 (IHYTP) и преподавательский курс YTTC-100 в Yogaschool.

Но о том, как Диана будет вести группу в Хиве, больше говорит другой её сертификат. Федерация йоги выдала ей сертификат по перинатальной йоге, то есть по занятиям с беременными. Большинство инструкторов привыкли к ученикам, которым хочется сделать больше, глубже, сильнее. Диана работает и с теми, кому этого как раз нельзя. В такой практике растяжка на пределе ничего не стоит. Главное — умение почувствовать, где остановиться. В Хиву едут не йоги со стажем, а люди после рабочей недели с зажатыми плечами, и кто-то раскатает коврик впервые. Им нужен именно такой инструктор.

Практика на закате ей тоже знакома. В сентябре Диана вела вечерний Yoga Sunset на террасе ТРЦ Riviera, с поющими чашами. Пришло столько людей, что она потом отдельно благодарила каждого, кто «доверился практике». В Хиве будет то же, только вместо городской террасы — край пустыни, и народу меньше.

Старые города для неё тоже не новость. Этой осенью Диана провела ретрит в Бухаре, а летом возила группу на Айдаркуль. Ещё она организует выездные корпоративные ретриты. Ей доверяли ТБС, инновационный центр UENTER, OXYMED (Asklepiy), Rano Eco Village, рекламное агентство BI Media и Safia. Людей, которые едут на природу прямо из офиса, она знает хорошо.

В этой поездке есть и маленькая ирония. Диана рассказывает, что первые два года жизни провела в Крыму, а до семи лет каждое лето жила у бабушки с дедушкой на Иссык-Куле. Детство у неё прошло у большой воды. А в октябре она повезёт группу туда, где до ближайшего моря сотни километров песка. Возможно, поэтому она и знает, что тишину пустыни не нужно ничем заполнять.

В Хиву Диана едет вместе с группой: в том же поезде, в том же купейном вагоне.

В понедельник на планёрке вас спросят, как прошли выходные. Можно ответить честно: «Две тысячи лет и один рассвет». А можно промолчать. Этому в Хиве тоже учат.